СУФИЙСКАЯ ПОЭЗИЯ

РАЗВЕ МОЖНО ОБ ИСТИНЕ ПРАВДУ ИЗРЕЧЬ?

 

Разве можно об Истине правду изречь?
Это значит в полете ей крылья отсечь!

Есть, однако, для Истины тайный силок,
Угодивший в него от Любви изнемог.

Это притча, и песня, и музыки лад,
И гармония красок, и розовый сад,

Где несхожие между собою цветы:
Кто добыча, скажи мне, Она или ты?

Без Единого множества не оценить,
Единенью без множества тоже не быть.

 

* * *

Шейх, Наставник, я волю свою потерял,
умоляю тебя, день и ночь я взываю к тебе,
Отразился Господь в твоем сердце, я сердцем Его увидал,
Не отказывай, мастер Любви, в покровительстве мне.

Я тобой поражен, ты однажды душой завладел,
показав Божество в первозданной красе неземной,
Я любовью к нему уязвлен, я любовным огнем возгорел,
все во мне — для тебя, управляй как орудием мной.

Я и Ты — мы одно, нас вовеки Господь съединил.
Ты живешь во мне так, как в тебе твой наставник живет.
Ты любовью ко мне цепь духовных родов закрепил,
Не прервется она, коль Любовь нам оковы кует.

Вот строительства Божьего суть, я рассудком постигнул ее,
Только б разум мой суть эту вечную не утерял:
Ты — строитель, ты — мастер, ваяешь внутри «Божество»,
Ты во мне созидаешь себя, и в себе ты меня изваял.

Цепь духовных родов точно воспроизводит одно,
Замирает душа, первозданную зря красоту:
Часть Единого Бога собой представляет звено;
Вместе звенья цепи состатавляют собой полноту.

Совершенными членами нас избирает служить,
Кто избран, тот преемников Духом себе изберет.
Шейх, наставник, мой мастер, ты будешь во мне вечно жить,
Как в тебе твой учитель, твой предок духовный живет.

Где начало цепи — там конец, где конец — там исток.
Ради этого круга готов я себя потерять.
Ты, наставник, мой шейх, стать причастным к Единому смог,
И меня причасти нерушимо в Единстве стоять.

 

 

* * *

Заглянула внутрь себя —
не узнала,
Это я или не я
там сияла?
Столько света — в свете тень
обнажилась —
Это смерть ко мне пришла —
Божья милость.
Я зову ее — приди
в мои боли,
И меня освободи
от неволи.
Вдохнови свободной быть,
легкой птицей,
Не могу я больше жить
во темнице.
Чувствую, пора пришла,
плоть созрела,
Я до смерти умерла,
смерти тела.
Страх ушел, бесстрашие
воцарилось —
Избавительница смерть —
Божья милость.

Татьяна Кочергина