22.04.2024

Бисмилляhир-Рахманир-Рахим
КОПАНИЕ ИСТОЧНИКА ЗАМЗАМ
(продолжение)

Аль-Гаус ибн Мурр ибн Адд ибн Табиха ибн Ильяс ибн Мударр возглавлял шествие паломников с горы Арафат. После него эту должность занимали его потомки. Его и его потомков называли «суфат» — суфиями, то есть носителями шерстяных шарфов. Аль-Гаус ибн Мурр занял эту должность потому, что его мать была из племени джурхумитов и бездетна. Она дала обет Аллаhу, что если она родит мужчину, то сделает его рабом Каабы и он станет обслуживать и охранять ее. И она родила аль-Гауса. Он обслуживал Каабу в первое время вместе со своими дядьями из племени джурхумитов. Он стал возглавять шествие паломников с горы Арафат до своего места возле Каабы.
Так же делали и его потомки после него, пока не прекратился их род.
Мне рассказал Яхья ибн Аббад ибн Абдаллах ибн аз-Зубайр со слов отца своего, который сказал: «Суфии вели людей с горы Арафат и возглавляли их во время возвращения в Мекку. В день возвращения паломников из долины Мина в Мекку они приходили, чтобы бросить камушки (джумар) проклятия. Суфий бросал камень первым, и после него начинали бросать камни люди на столб. А кто очень торопился по своим делам, приходили к нему и говорили: «Встань и кинь, чтобы и мы могли бросать с тобой!» Он отвечал: «Нет, клянусь Аллаhом, пока не зайдет солнце». И люди, торопящиеся по своим делам, начинали кидать в него камни и тем самым торопили его. Они ему говорили: «О горе тебе! Давай, кинь!» Он отказывал им. Когда солнце заходило, он вставал и кидал, и вместе с ним кидали и люди.
Когда они кончали кидать джумар и хотели уходить из Мины, суфии занимали обе стороны горного прохода и сдерживали людей. Они говорили: «Пропусти суфия!» И никто из людей не преступал, пока суфии не проходили. Когда суфии отходили и дорога для людей освобождалась, люди устремлялись за ними.
Так они делали, пока не вымерли. После них это дело унаследовали по мужской линии их дальние родственники — люди из Бану Саад ибн Зейд Манат ибн Тамим. От Бану Саад перешло к роду Сафвана ибн аль-Харис ибн Шиджна».
Ибн Исхак сказал: «Сафван был тем человеком, который управлял людьми во время паломничества на горе Арафат. Потом, после него, управляли его сыновья. Последним из них, которого застал уже ислам, был Кариб ибн Сафван».
Ибн Хишам сказал: «Управление людьми во время шествия на аль-Муздалифу было в руках племени Адван, как об этом рассказал мне Зияд ибн Абдаллах аль-Баккаи со слов Мухаммада ибн Исхака. Они наследовали это старший от старшего. Последним из них, которого застал ислам, был Абу Саййара Умайла ибн аль-Аазаль».
Ибн Исхак сказал: «Когда настал тот год, суфии делали так же, как и раньше. Арабы уже свыклись с этим, ибо это был привычный для них обряд во времена джурхумитов и хузаитов и их правления. К ним пришел Кусай ибн Килаб вместе со своими людьми из родов курайшитов, кинанейцев и кудаитов к аль-Акабе (горный проход) и сказал: «Мы имеем больше прав на это, чем вы». Они стали с ним драться. И состоялась между людьми ожесточенная драка. Потом суфии потерпели поражение. Кусай захватил то, что им принадлежало.
Тогда хузаиты и Бану Бакр отошли от Кусая. Они поняли, что Кусай запретит им так же, как он запретил суфиям, что он не допустит их к Каабе и к власти над Меккой. Когда они откололись от него, он рассердился и решил воевать С НИМИ.
Против Кусая выступили хузаиты и Бану Бакр. Они сошлись, и состоялось между ними ожесточенное сражение, так что убитых было очень много с обеих сторон. Потом они пошли на мировую и решили, что их должен рассудить человек из арабов. Избрали третейским судьей Иаамура ибн Ауф ибн Кааб ибн ‘Амир ибн Лайс ибн Бакр ибн Абд Манат ибн Кинана.
Он рассудил таким образом: Кусай имеет больше прав на Каабу и на правление Меккой, чем хузаиты; всю пролитую Кусаем кровь хузаитов и Бану Бакра он растирает своими ногами (то есть за них не полагается выкуп). А за пролитую хузаитами и Бану Бакр кровь курайшитов, кинанейиев и кудаитов полагается выкуп. В дела Кусая по Каабе и правлению Меккой никто не должен вмешиваться. Тогда Иаамура ибн ‘Ауфа прозвали «аш-Шаддах», он был прозван так, потому что рассудил не выплатить выкуп за убитого «шадаха» — означает не уплатить выкуп за убитого.
Кусай стал хранителем Каабы и правителем Мекки. Он собрал своих сородичей со всех поселений в Мекку и провозгласил себя правителем своего народа и населения Мекки. И люди признали его правителем. Однако у арабов уже утвердилась своя религия. Кусай в душе своей считал эту религию не подлежащей изменению. Аль-Сафван, Адван, ан-Насаа и Мурра ибн Ауф твердо придерживались своей религии, пока не пришел ислам и Аллаh не разрушил все это. Кусай первым из сыновей Кааба ибн Луай стал признанным своим народом правителем. Ему принадлежали ключи от храма Каабы, воды источника Замзам, право на сбор продуктов питания для паломников, он возглавлял совет старейшин племени и владел боевым знаменем. Итак, он сосредоточил в своих руках все знаки почета и власти в Мекке. Ои разделил Мекку на районы и каждому роду курайшитов определил свои район или квартал. Утверждают, что раньше курайшиты боялись рубить деревья, растущие вокруг Каабы, чтобы освободить место для своих домов. Срубил рощу вокруг Каабы Кусан лично сам вместе со своими помощниками. Курайшиты стали его еще больше величать, учитывая все его заслуги перед ними, и видели доброе предзнаменование в его правлении. Никто из курайшитских женщин не могла выйти замуж, а из мужчин — жениться; курайшиты — не могли держать совет по поводу возникшей проблемы, развернуть знамя для войны против какого-нибудь другого народа, кроме как в его доме. Знамя для них разворачивал один из потомков Кусая. Когда девушки достигали совершеннолетия, сам надевал на них специальную одежду (сарафан) в своем доме, а потом в этой одежде сам приводил ее домой. Эти его обряды и традиции стали обязательными, и курайшиты придерживались их при его жизни и после его смерти. Кусай назначил клуб совета старейшин племени, сделав его дверь в сторону храма Каабы. В этом доме курайшиты совершали свои дела.
Кусай достиг преклонного возраста, и кости его уже стали слабыми. Тогда Абд ад-Дара не любили, а Абд Манаф был в почете еще при отце и его мнение принималось во внимание во всех делах. Абд аль-Узза и Абд также стали авторитетными после него. Кусай тогда сказал Абд ад-Дару: «Клянусь Аллаhом, сын мой! Я тебя сделаю таким же, как и они, хоть они и опередили тебя по авторитету. Никто из них не войдет в Каабу, пока ты не откроешь ее. Никто не развернет курайшитам знамя войны, кроме как ты своими руками. Никто из паломников не будет есть, кроме как твою пищу. Курайшиты все свои дела будут решать в твоем доме». Он поручил ему свой дом совета, где курайшиты решали свои дела. Он дал ему ключи от Каабы, знамя, право на владение источником Замзам и право сбора продуктов для паломников.
Каждый год курайшиты выделяли часть своего скота и сдавали Кусаю ибн Килабу, который из него готовил пищу для паломников. Эту пищу ели бедные, неимущие люди. Эту обязанность Кусай возложил на курайшитов и при этом сказал: «О собрание курайшитов! Вы — соседи Аллаhа, жители его дома, жители священной Мекки. Паломники — гости Аллаhа, его жители, посетители его жилища. Это —- гости, достойные всяческого гостеприимства. Готовьте им пищу и питье в дни паломничества, пока они от вас не уйдут». Они так и сделали. Каждый год часть своего скота отдавали Кусаю, который из него готовил пищу в дни паломничества в Мину. Это продолжалось так в дни язычества и до пришествия ислама. Затем продолжалось при исламе до этих дней. Это та пища, которую готовит правитель каждый год в Мине для людей, пока не закончится паломничество.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *